Garry Masters

   
   
 

Sensei Garry Masters

7th Dan

Principal Coach

Ken Shin Kai

Yoshinkan Aikido UK

www.kenshinkai.org.uk

I first met David Eayrs in September 1978 when I was 22 years old. I was looking to join a martial arts club but was being turned away when I had to inform them that I had a heart condition. David said that he thought a martial art would be good for my heart and took me on as his student.

At that time David had already helped establish Yoshinkan Aikido in the UK along with Ted Stratton under the name of Shudokan. David was also actively involved with the development of all Aikido as a founder member of the British Aikido Board which is still the governing body for Aikido in the UK.

David was an excellent Yoshinkan Aikido instructor always focussing on kihon dosa and the importance of basics and a strong kamae. In 1985 David decided to break away from the Shudokan to form Kenshinkai so that he could re-establish links back to the Yoshinkan Hombu Dojo in Japan which the Shudokan did not wish to do at that time. David worked hard to develop and promote Yoshinkan Aikido in the UK until 1992 when he decided to move to Moscow, Russia in order to continue spreading his knowledge of Yoshinkan Aikido, leaving me to take over the running of Kenshinkai.

I remained in contact with David calling regularly and meeting up in Malaysia and Moscow when it was possible. The calls were always about Aikido and how to develop and promote Yoshinkan Aikido better, his energy and passion for Yoshinkan Aikido never waivered and he was supported in this by his wife Oksana who sadly passed away before her time.

David was my close friend and Sensei and I miss his enthusiasm for Yoshinkan Aikido and his friendship but his legacy continues with students in the UK who have been practicing Yoshinkan Aikido for 30+ years who were taught by David and continue his legacy in promoting Yoshinkan Aikido for future generations.
 

Google Translate:
Впервые я встретил Дэвида Эйрса в сентябре 1978 года, когда мне было 22 года. Я хотел вступить в клуб боевых искусств, но мне отказали, когда я должен был сообщить им, что у меня есть заболевание сердца. Дэвид сказал, что он думал, что боевые искусства будут полезны для моего сердца, и принял меня как своего ученика.

В то время Дэвид уже помогал организовать Ёсинкан Айкидо в Великобритании вместе с Тедом Страттоном под именем Шудокан. Дэвид также принимал активное участие в развитии всего айкидо в качестве члена-основателя Британского совета по айкидо, который до сих пор является руководящим органом айкидо в Великобритании.

Дэвид был превосходным инструктором Ёсинкан по айкидо, всегда фокусировавшимся на кихон доса и важности основ и сильных камаэ. В 1985 году Дэвид решил отойти от Шудокана, чтобы сформировать Кеншинкай, чтобы он мог восстановить связи с Йошинкан Хомбу Додзё в Японии, чего Шудокан не хотел делать в то время. Дэвид много работал над развитием и популяризацией Ёсинкан айкидо в Великобритании до 1992 года, когда он решил переехать в Москву, Россию, чтобы продолжить распространение своих знаний о Ёсинкан айкидо, оставив меня на попечение Кеншинкай.

Я оставался в контакте с Дэвидом, регулярно звонил и встречался в Малайзии и Москве, когда это было возможно. Призывы всегда были об айкидо и о том, как лучше развивать и продвигать айкидо Ёсинкан, его энергия и страсть к айкидо Ёсинкан никогда не отказывались, и в этом его поддержала его жена Оксана, которая, к сожалению, скончалась раньше ее времени.

Дэвид был моим близким другом и сэнсэем, и я скучаю по его увлечению Ёсинкан айкидо и его дружбе, но его наследие продолжается со студентами в Великобритании, которые занимаются Ёсинкан айкидо более 30 лет, которых Дэвид обучал, и продолжает его наследие в продвижении Ёсинкан айкидо. для будущих поколений.
 
 

Коровин Николай Владимирович

   
 
 

Коровин Николай Владимирович

5 дан Окинава Сериндзирю

г.Москва

Сенсей Эйрз демонстрирует технику Коте – Наге, спокойно, без гримас, с расслабленным телом, не прикладывая не каких усилий, как будто бы играет на японской флейте сякухати или бережно ухаживает за деревом бонсай. И игра на флейте и искусство бонсай требует огромного труда и многих лет практики, прежде чем казаться со стороны легким и непринужденным занятием, впрочем, это относится ко всем видам деятельности именуемым – искусство.

 

Aikido Renshinkai

Recently, Aikido Renshinkai lost a legendary teacher and early supporter of the organization, David Eayrs Sensei, who passed away from lung complications in Moscow, Russia this past May. Aikido Renshinkai extends its deepest condolences to all the friends, family, and aikidoka whose lives were touched by his. We present you with this interview of David Sensei and his aikido story. https://renshinkai.com/in-memory-of-david-eayrs-sensei/

Недавно Айкидо Реншинкай потеряло легендарного учителя и одного из первых сторонника организации, Дэвида Эйрса Сенсея, который в мае 2019 года скончался от осложнений в легких в Москве, Россия. Айкидо Реншинкай выражает глубочайшие соболезнования всем друзьям, семье и айкидокам, чьи жизни были затронуты его жизнью. Мы представляем вам это интервью с Дэвидом Сенсеем и его историей айкидо. https://misogikan.ru/blog/59-intervyu-2018-god

Макаров Александр Викторович

   
 
 

Макаров Александр Викторович

1 Дан Ренсинкай Айкидо

г.Красногорск

Я не мастер искусства слова, но как-то так:
Меня с юных лет завораживало искусство, техники которого я наблюдал в боевиках Стивена Сигала и принципы которого очень близки моей внутренней стратегии разрешения конфликтов.
Айкидо я начал заниматься в марте 2013г. имея небольшой юношеский опыт занятий Сётокан каратэ и рукопашного боя, уже в армии и работая в охране. 

Первое знакомство с Дэвидом Сэнсеем было, кажется, в мае того же года во время аттестации на жёлтый пояс.
По результатам аттестации, Дэвидом Сэнсеем была дана высокая оценка успехов учеников в освоении Кихона. Его слова, эмоции и блеск в глазах послужили толчком на дальнейшее изучение этого интересного и безусловно безграничного искусства.
 
К сожалению, я далеко не сразу понял, какого Мастера я встретил на своём Пути. И как мало было времени на общение с ним, как часто невнимательно я слушал то, что он раз за разом пытался до нас донести, поправляя одни и те-же ошибки.
 
Айкидо это искусство требующее постоянного внимая с нашей стороны. Им нужно не заниматься, им нужно жить.
 
Спасибо Дэвид Сэнсей за все Ваше драгоценное время потраченное на нас, оболтусов!
 

Андриевский Василий Дмитриевич

   
   
 

Андриевский Василий Дмитриевич

3 Дан Ренсинкай Айкидо

г.Красногорск

Инструктор в

ЦЕ "Молодёжный"

Довольно сложно уместить на одной или даже нескольких страницах всю информацию о Сенсее Дэвиде Эйрзе, которая бережно хранится в памяти. Одних разговоров об этом человеке хватит на неделю непрерывного повествования. Но, согласно регламенту…Попробую суммировать.
Для меня лично взаимоотношения с Дэвидом Сенсеем строились в три этапа.
Поначалу это был некий недостижимый образ Великого Мастера. Нечто сродни благоговению я испытал при первой встрече. В первый раз на его семинаре я получил шикарный внутренний синяк на руке от его Ёнкадзё, который несколько дней дико болел, чем приводил меня в восторг. Потому как раньше я такого не испытывал. Я влюбился во всё, что он показывал и рассказывал и тогда я поставил себе четкую цель – научиться делать так же. Так многие начинают. Самым волнительным мне казался экзамен на оранжевый пояс (4 кю). Ровно до того момента, когда Дэвид Сенсей мимоходом спросил меня: «Ты будешь аттестовываться сегодня после семинара?». Я ответил: «Да, Сенсей, хочу попробовать».
И он сказал: «У тебя всё в порядке. Сдашь»
Для меня тот экзамен был самым трудным. Я потел, ноги тряслись, дыхание сбилось. Но когда Сенсей огласил результаты, я чувствовал себя так, как будто меня нарекли Великим Мастером. Очень яркое впечатление, до сих пор помню. И понимаю как важно такие моменты проживать.
Во время второго этапа Дэвид Сенсей открылся для меня уже не как образ, а как живой пример пословицы «Сколько потопаешь, столько и полопаешь». То есть, как у Ленина. «Учиться, учиться и еще раз еще раз» (шутка). Тот период для меня был наполнен постоянными тренировками. Изнуряющими. Настоящими. Его маленькое Додзё на Ленинском проспекте стало для меня местом постоянного притяжения. Постепенно приходило ощущение спокойствия. Я уже точно знал, что всё идет правильно. Простые и до бесконечности мистические советы Сенсея открывали секретные секреты. Он говорил: «Train, Vas. And then – train even more!» («Тренируйся, Вась. А потом – тренируйся еще больше!»). Таким образом мне открылся абсолютно живой человек. С шикарным английским чувством юмора. Безумно любящий всех женщин на свете, но открыто демонстрирующий свою любовь только жене Оксане (читать с улыбкой). Он тогда был очень популярен. Зал был достаточно полным учеников на каждой тренировке. Семинары, поездки…
Пока мы не похоронили Оксану.
И это было началом третьего и последнего этапа. Он был для меня недосягаемым Образом. Был и оставался Учителем. И вот мы стали друзьями. Причем с отчетливым подобием отношения отца и сына. Он очень любил Оксану. Нет, не так. ОЧЕНЬ. И это было испытание для нас всех. Здоровье начало подводить, глубокая тоска и постоянные душевные переживания не улучшали состояние. В тот период мне открылся абсолютно обычный человек. Со всеми своими достоинствами и недостатками. Различные семинары, частые тренировки у нас в Красногорском додзё и моя негласная «должность» штатного переводчика сблизили нас. Мы делились буквально всем. Через короткий промежуток времени он знал про меня всё. Буквально. И хорошее и плохое. А я знал то же самое о нем. И это была наша общая тайна. Мы шутили. Он продолжал нас учить. И это были волшебные перемены в нем, как только он выходил на татами. Все болезни, проблемы – оставались где-то за. Потом я отвозил его домой и мы снова говорили обо всем на свете. Он строил планы на жизнь. Травил анекдоты. Ругал таксистов. Много обсуждал политику. Давал советы в плане тренировок. Кое-что рассказывал «секретного». Несколько раз сказал, что любит меня как сына (непередаваемые ощущения для сироты).
Он много раз ложился в разные больницы. Но майские праздники 2019 года я не забуду. Они ожогом в памяти остались. Те дни, когда он лежал в реанимации были самыми сложными для меня. Злость и бессилие. Я ничего не мог сделать, чтобы ему помочь. Он просил меня забрать его домой, чтобы он мог умереть в своей постели. Я же каждый раз пытался уговорить его, чтобы он прекратил говорить о смерти и что он должен выйти из больницы на своих ногах. Что он может и должен это сделать. Я улыбался, говорил, что врачи видят возможность положительного развития событий, подбадривал его. И он делал вид, что мне верит. Мы шутили о красивых медсестрах.
А потом звонок вечером в субботу. Я много кого хоронил за свою недолгую жизнь. И Смерть людей давно для меня стала чем-то естественным, логичным. Но так я никогда не плакал, как в тот вечер. Детский вопрос «Ну почему?» из головы не выходил хотя разум всё давно понимал. Потом похороны. И пустота какая-то. Достаточно длительный период обучения, совместных поездок, дружбы как-то сразу сжался в один момент. Как-будто всё началось буквально вчера и почему-то вдруг закончилось. Странное ощущение.
И я так и не смог научиться называть его как он просил «просто Дэвид». Для меня он был и останется Дэвид Сенсей. Мой Учитель. Мой лучший друг. Osu